Книга делится на три части. Первая – «Становление игровой локализации». Здесь автор отправляется в прошлое, погружаясь в историю локализации игр. Первые переводы делались наобум, буквально на коленке. Игровые компании не спешили вкладываться в локализацию игр, полагая, что это не стоит внимания.
Поэтому часто игры переводились одним человеком, совершенно не погруженным в контекст, что сильно влияло на итоговый результат, порой полностью искажая смысл сюжета и делая тайтл непроходимым. Впрочем, существовали и исключения: так, Сечкарев приводит в пример локализацию Vargant Story с японского на английский, выполненную Александром Смитом. Переводчик значительно обогатил внутриигровые тексты и диалоги, сделав их более соответствующими сеттингу высокого фэнтези.
В этой части затрагивается и работа отечественных локализаторов эпохи расцвета пиратства. Автор объясняет, почему переводы игр в России были выполнены так халтурно: если коротко, пиратам нужно было выпустить новую игру на рынок как можно раньше, опередив конкурентов, при этом она должна была иметь хоть какой-то перевод на русский язык, так как проекты с локализацией покупали более охотно. Важно было сделать быстро, а не хорошо, из-за чего локализаторы (если так можно назвать студентов, работающих по ночам за мизерную зарплату) использовали программы для машинного перевода и не задумывались о каком-либо контроле качества.
Первая часть книги дает читателю понимание о том, что такое локализация, насколько трудоемким может быть процесс перевода и адаптации игры под различные рынки.
Часть вторая получила название «Про́клятые вопросы игровой локализации». Здесь автор разбирает конкретные кейсы, с которыми сталкиваются переводчики: как локализовывать эпохи, как адаптировать «клюкву» в сюжетах, как работать с отсылками и так далее.
Примеры – очень интересные. Так, во главе про локализацию эпох Сечкарев упоминает такие игры, как The Getaway, L.A. Noire, «Черная книга» и Pentiment. Каждой присущи свои уникальные особенности: у The Getaway – лондонский уличный сленг; у L.A. Noire – речь с «мертвыми» словами из эпохи поствоенной Америки; у «Черной книги» – тесное переплетение с русским фольклором XIX века; а у Pentiment – система шрифтов, в рамках которой начертание букв в диалогах изменяется в зависимости от образованности, душевного состояния и даже характеров персонажей.
В случае с «Черной книгой» локализаторы (с русского на английский) нашли изящный выход: они не стали переводить незнакомые иностранцу русские слова, а написали их транслитом со сносками на внутриигровой глоссарий. Таким образом, увидев в тексте слово koldun, игрок может навести на него курсор и увидеть, что это слово обозначает волшебника, а встретив непонятное слово pryanik – узнать, что это «вид сладкой выпечки».
Вторая часть книги наглядно разбирает примеры из локализации игр, знакомя читателя с решениями, которые изобретают переводчики, чтобы сделать тайтл максимально понятным геймеру в любой точке мира.
Часть третья – «Игровая локализация сегодня». Она полностью состоит из интервью с людьми из индустрии. Собеседники Владимира рассказали о том, как попасть в мир локализации видеоигр, где можно обучиться этой непростой профессии, по каким критериям выбирают регионы для локализации, с какими трудностями сталкиваются переводчики, и так далее. Читатель узнает о тонкостях адаптации хоррора Still Wakes The Deep, персонажи которого в основном шотландцы; об особенностях перевода Pathologic с ее обилием сложного и вычурного текста; о создании «народных» переводов игр.
В этой части читатель ближе познакомится с людьми, которые занимаются непосредственно локализацией, и из первых рук узнает о нюансах профессии.
Книга «Искусство утраты. Трудности перевода и локализации в игровой индустрии» выделяется богатством материала и увлекательной подачей. Читается легко, затягивает мгновенно. В первую очередь, этот труд будет интересен и полезен геймерам, которые смогут понять, почему их любимые игры были переведены удачно или неудачно. После прочтения многое становится понятнее, и на локализацию начинаешь смотреть по-другому.
Претензии тут могут возникнуть лишь к верстке: почему-то цветные иллюстрации собрали в центральной части книги, сделав к ним сноски. Они уместнее бы смотрелись рядом с соответствующим текстом, чтобы читателю не приходилось тратить время на их поиски.
Однако это единственный недостаток книги. «Искусство утраты. Трудности перевода и локализации в игровой индустрии» уверенно можно рекомендовать всем, кто хочет знать больше о разработке и локализации видеоигр.


















